Стихи и песни Юрия Макусинского

Дорогой читатель!

В наш замечательный век электронных коммуникаций и сетевого общения, когда литература превратилась в информацию, а поэты и писатели в поставщиков этой самой информации, когда пользователи глобальной сети узнают обо всех литературных новинках практически мгновенно, если, конечно, знают, что именно нужно найти и узнать, когда зачастую бывает трудно услышать именно голос автора, а не его электронную версию, я рискнул выставить на суд читателя и слушателя, прогуливающегося по запутанным закоулкам и ячейкам сетевой ойкумены, некоторые свои песни и стихи.

Искренне надеюсь и даже верю, что делаю незряшное дело, публикуя на своем авторском сайте некоторые избранные произведения разных лет.

Юрий Макусинский

Элегии

Памяти Александра Сидельникова

История завершена, безумцы — люди:

еще живут иллюзией тепла,

еще в пылу начал или прелюдий

мироустройства, а уже взошла

 

каденция над миром, градом, домом:

и, предвкушая царственный аккорд,

природа затаилась на изломе,

чтоб рухнуть в бездну — задом наперед.

 

Но что тебе? Тебя зовет восход,

а поутру тепло в уютном доме,

и ты выходишь тропкою знакомой

к седому морю… И который год

 

возделываешь сердцем и мотыгой

Эдем свой, обходя за рядом ряд —

ты пробуешь незрелый виноград,

и засыпаешь над раскрытой книгой

 

в тени смоковницы. И что тебе до тех,

кто в грешном мире перед Богом тщится

не оправдаться, просто защититься

от света совести? И что тебе наш грех

 

самоубийства — в мире твоем скрытом

нет ни греха, ни смерти, ни стыда…

Струится чистая холодная вода

в ручье твоем тобою же прорытом.

03.10.2003

 

Сергею Есенину

Отзвенел на лугах

медный август пчелиный,

и растаял в снегах

горький крик журавлиный.

 

С каждым прожитым днем

я прощаюсь тревожно.

Синий снег за окном

шелестит осторожно.

 

И стыдливо в саду

вдруг зарделась рябина.

Я хожу как в бреду

и живу без причины.

 

Вот и слов больше нет ―

так кончается осень.

Вот и умер ответ

в бесполезном вопросе.

18.11.2007

 

Элегия

Когда я умру — ты не плачь... Ты люби и молись.

За гробом не смерть, но другая — загробная жизнь.

За гробом — не я, но — меня, обо мне и со мной.

Я тоже живой.

 

Когда я молюсь, ты — живи и не думай, что там,

где нам суждено — будет лучше, и, может быть, нам

там лучше не будет: там будет иначе. Но что?

И — за что?

20-21.01.2008

 

М. И. Цветаевой

Скажи мне, Марина Ивановна,

что Времени больше нет,

что я бреду неприкаянный

к тебе, через сто лет, —

 

напрасно. И сто сомнений,

сто прахов надежд моих:

сожженных стихотворений

и нерожденных книг —

 

бессмысленны. Так бывает,

когда бесполезен свет,

когда за окном светает,

а времени больше нет.

 

Скажи, что тебя я обманывал,

что лгал, не дарил колец,

и что тебя не догнал бы я:

как ни крути — юнец,

 

что сколько секунд отринуто,

чтобы принять одну,

чтоб за тобой, Марина, так

плавно идти ко дну —

 

в бездну, в сердец пучину,

и не тянуть руки,

и не искать Марину

из вод столичной реки.

01.03.2008

 

Петроградская сторона

За Невой — на Петроградской стороне,

за Невой платочком машет кто-то мне,

за Невой я не влюблялся никогда,

а в Неве — уже осенняя вода.

 

Холода. Теперь настали холода.

От тоски звенят мосты и провода.

И зовет меня влюбиться поскорей

желтый свет твоих заневских фонарей.

 

Быть весне на Петроградской стороне

но без меня — курю тихонько в стороне.

Молодым я позавидую вполне:

проще им в меня влюбиться, но — не мне.

 

За Неву меня не манят, не зовут:

за Невой другие любят и живут.

Я как будто сплю, и вижу в этом сне,

как живу на Петроградской стороне.

12.03.2011